ВТОРОЕ ПРИШЕСТВИЕ

Санкт-Петербург, Ледовый Дворец, 13.04.2005

Все было иначе, не так, как в ноябре 2002 года. Совсем по-другому прошла пресс-конференция: легко, весело, остроумно. Но непринужденность общения с Робертом Плантом и его музыкантами не отменяла значимости события, грядущий концерт ожидался все с тем же трепетом, и только одно было невозможно вычислить заранее: станет ли он лучше или хуже предыдущего. И опять все оказалось не так, как думалось, потому что и концерт был совсем другим, чем 2,5 года назад. И дело даже не в том, что, за малым исключением ("Four Sticks", "Ramble On", "Morning Dew"), Плант спел совершенно другие песни, включив в сет-лист не только доселе не слышанные нами "живьем" вещи из наследия LED ZEPPELIN, но и материал с нового альбома. Дело в том, что он исполнил их совершенно не так, как можно было предполагать. А зачем, собственно, повторяться? Для знакомства, для первого появления в новой стране, перед новой публикой можно и должно явить себя в каноническом обличье (с естественной поправкой на время и музыкантов, но все же), спеть то, что затвержено наизусть всем миром, в классических вариантах, чтоб никто не усомнился: это Плант и его песни. Тот самый, те самые. Во второй раз с канонами и привычками было покончено: "No Quarter", "Black Dog", "That's The Way", "Gallows Pole" узнавались только по тексту и базовым риффам, начинались не так и продолжались не туда - и это было правильно и здорово, потому что правомерный и даже порой шокирующий авторский произвол лучше всего доказывал главное: перед нами живой, постоянно развивающийся и меняющийся творец, а не застывший в тени собственной славы памятник золотым годам LED ZEPPELIN. И совсем свежие песни, которыми Плант равномерно прошил концерт, герметично скрепляли звук и зрелище в ежесекундно неожиданное целое, давали привыкнуть к индивидуальной манере игры гитариста Скина Тайсона и басиста Билла Фуллера (не Пейдж и не Джонс, но что с того?), позволяли полюбить Планта заново - не только за творения прошлого, но и за сегодняшние идеи, за всю эту электронику, ориенталистику, африканский нутряной бит и европейскую ажурную утонченность. Не говоря уже о неувядающем голосе - единственном неизменном и безошибочно узнаваемом компоненте происходящего...

Первой кульминацией концерта стала "When The Levee Breaks", когда Плант повелительно и в то же время очень интимно дирижировал загипнотизированно подпевающим залом, - вот уж, казалось бы, вещь не для хорового пения, тяжкий безумный блюз, но волей автора прозвучавший вдруг почти как духовный гимн и принесший чистую радость единения. А потом - выход на бис с "Babe I'm Gonna Leave You", аранжированной опять иначе, но все так же вызывающей слезы, и финал - "Whole Lotta Love" с психоделической феерией в средней части и фантастически мощно, почти на ультразвуке спетой кодой, - оставивший оглушенную публику в состоянии растерянного восторга: разве так бывает? Разве способен на такое человек из плоти и крови?

...А он шутил на пресс-конференции, что ничего не помнит о прошлом, что рад быть все еще живым и здоровым, и что хотел бы жить в понравившемся Петербурге до тех пор, пока не выгонят из гостиницы. Грузноватый немолодой мужчина, совсем не похожий на божество.

Екатерина Борисова
Опубликовано в журнале FUZZ №5/2005

Сет-лист:
No Quarter
Shine It All Around
Black Dog
Freedom Fries
Morning Dew
Four Sticks
That's The Way
Tin Pan Valley
Ramble On
Takamba
Gallows Pole
When The Levee Breaks
Babe I'm Gonna Leave You
The Enchanter
Whole Lotta Love